РАССКАЗ
иеромонаха Ипатия

Последняя наша встреча с о. Василием была во вторник Страстной седмицы, в день памяти моего небесного покровителя, преподобного Ипатия. После Литургии он зашёл меня поздравить с днём Ангела и принёс крест. И сказал: "Вот я подумал... Мне хочется, чтоб он был у тебя". Рассказал, что этот крест из Иерусалима, с ним прошли крестным путём Господа до Голгофы. Я был поражён тем, что он самую большую свою святыню мне отдал, я знал, как он дорожил этим крестом. Благодарить было даже как-то и нелепо. Мы обнялись с ним. И вот что я заметил: он был в особом состоянии, тихий-тихий такой, необычайно тихий. Поскольку я очень хорошо знаю его, знаю много лет, то это особое состояние внутренней тихости, кротости было для меня явно. И не только я это заметил, здесь был ещё Дима (иконописец, ученик о. Ипатия.— Ред.), он тоже это почувствовал. Как только о. Василий ушёл, мы с Димой повесили крест чуть правее окна около Святого угла. О. Василий был убит за стеной как раз напротив этого креста. Это, конечно, потрясло многих — явный знак, что всё не случайно.

9 августа, за пять дней до праздника изнесения честных древ Животворящего Креста Господня, мы обратили внимание, что на кресте о. Василия в моей келье довольно обильно выступило миро — три или четыре капли на теле Господа с левой стороны, чуть ниже рёбер. Благоухания не было, но капли выступили очень крупные, как капли дождя. Миро не высыхало больше двух недель. И сейчас следы заметны, если повнимательнее присмотреться. Это, я думаю, чудо, которым Господь подтвердил, что забрал к себе праведника.

Вот, пожалуй, и всё, что можно сказать о внешнем. А осмыслить — особое дело. Кроме того, что это свидетельство их дерзновения и святости, это явный знак связи, которая между нами не прерывается. Больше я ничего не дерзну сказать, потому что это явно говорит за себя.